Детские истории для взрослых

ТАМАРА СМИРНОВА

Детские реакции на некоторые действия взрослых абсолютно непредсказуемы. И если бы это не случилось со мной или моими друзьями, я бы просто не поверила, что так бывает.

История первая: борода

Кириллу было около полутора лет, когда его любимый дед решил избавиться от бороды. Она так нравилась внуку, что тот при любом удобном случае норовил в бороду вцепиться, а детские ручонки очень хваткие и сильные... Кто ж такое станет долго терпеть? И дед решился. В то время как дедушка приводил в исполнение приговор над бородой, Кирилл добрался до ванной и увидел наполовину побритого деда. Раздался леденящий душу детский крик, при звуках которого воображение родителей обычно рисует самые страшные картины. Вся семья собралась вокруг Кирюши, который наотрез не хотел успокаиваться и признать в гладко выбритом мужике горячо обожаемого деда. На любую попытку деда приблизиться внук реагировал воем, схожим со звуками пожарной сирены. Он не хотел верить объяснениям: «Дорогой, посмотри, это же твой дедушка, он просто сбрил бороду!» — и только повторял: «Пусть сделает обратно!» Ребенок никак не мог согласиться с нами, что это невозможно. Тогда деда осенило: он замотал лицо шарфом и тут же был принят как родной, но стоило ему снять шарф — начинались крик и слезы. Два дня дед ходил в шарфе — только глаза видны. Домашние проводили разъяснительные работы с ребенком. Это были моменты необыкновенной семейной сплоченности, хоть и смешно все было до слез. Наше же сокровище получило замечательную возможность утолить свое любопытство: «Почему у деда растет борода?», «А у меня тоже, когда я вырасту, будет борода?», «Почему у бабушки и у мамы бороды нет?», «А у папы борода может быть?», «Почему бороду нельзя приклеить назад?»

Когда страсти по бороде утихли, а дед снова был признан родным, сын изъявил желание воочию наблюдать процесс бритья! Целый месяц мой ребенок играл в «бритье бороды», обстоятельно копируя все этапы столь важного в жизни мужчины процесса. Мое удивление поймут те, у кого есть дети и кто знает, что век любимой игры у детей очень недолог. Ну уж точно не месяц...

История вторая: глиняная маска

Помня случай с дедом, я старалась проводить процедуры красоты только за закрытыми дверями ванной. Но что будешь делать, когда именно в этот момент телефон буквально начинает разрываться на части! Так однажды меня сын застукал с глиняной маской на лице. Я замерла, ожидая вопля, но двухлетний ребенок выдал:

— Ух ты! Мама, ты похожа на солдата! Я тоже так хочу!!!

Отпрыск восторженно скакал вокруг меня и пытался достать до лица, чтобы прихватить хоть кусочек моей маски и намазать ею свою мордашку.

У детей множество особенностей — и одна из них: им легче разрешить что-либо попробовать (если это не несет опасности их здоровью), чем объяснить, почему этого делать не надо. Поскольку глина не представляла угрозы для здоровья и жизни, я позволила чудному созданию проделать желанную манипуляцию. Уж лучше пусть вымажется дома, чем на улице.

— Я солдат, — констатировал сын и удалился «всех победить».

Двухлетки вообще с огромным удовольствием вымазываются в чем угодно, главное, чтобы ему это запрещали и чтобы это не был детский крем или зеленка. Гораздо труднее уговорить двухлетку умыться. В большинстве случаев родителям приходится слегка злоупотребить родительскими полномочиями или, говоря проще, вымыть ребенка без его на то согласия.

Завершив процедуры красоты, я была вынуждена поступить именно так, поскольку отпрыск умываться наотрез отказался. Когда сияющее личико сына было насухо вытерто, тот не преминул поинтересоваться: для чего это его любимая мамочка так вымазалась? Пришлось пояснить, что если я буду регулярно делать маски, то он будет гораздо дольше располагать красивой и молодой мамой. Объяснение было встречено бурным одобрением.

История третья: кофейная гуща

Коллега на работе посоветовала использовать в качестве маски на руки кофейную гущу. В воскресное утро, когда после завтрака кухня опустела, я решила воспользоваться советом. Только намазала руки — в кухню вкатился трехлетний сынишка. Ребенок застыл. На личике отразилась целая гамма чувств: сначала удивление (что это там мама делает?), потом любопытство (отчего это у мамы такие грязные руки?) и, наконец, глубокая обида, смешанная с возмущением (ему-то обычно пачкаться не разрешают!).

— Мама дрязгается! — завопил Кирюшка, у которого в мозговом центре произошло сравнение и идентификация наблюдаемых действий. — Мама, так нельзя, быстро перестань!

— Да, действительно, наша мама дрязгается, — насмешливо констатировал муж, появившись в кухне. — И что мы, сын, с тобой будем делать? Нам обычно за такое влетает.

Он был абсолютно прав. Им за это влетает. Вопрос, можно или нельзя разводить «свинство», очень актуален для ребенка трехлетнего возраста. Потому что «свинство», которое он разводит, — искусственное. Он в отличие от малыша, только что научившегося есть, может это делать очень аккуратно (если захочет), и если он что-то проливает или вываливает на стол из тарелки, значит у него далеко идущие планы. Вы и оглянуться не успеете, как невинно пролитые полкружки какао две милые пухленькие ручки развезут по всему столу. Не сомневайтесь, ваше чадо получит массу удовольствия, в том числе и от созерцания выражения вашего лица.

«Разведением грязи» может выражаться и протест. Трехлетний ребенок прекрасно умеет отстаивать свою точку зрения, правда взрослые не всегда выдерживают его методы. Ведь применить прием «по попе» гораздо легче, чем добиться от ребенка ответа на вопрос: «Почему ты так сделал?» Поэтому взрослые (и я в их числе) стараются выдать ребенку правила, начинающиеся со слова «нельзя»: нельзя дрязгаться за столом, нельзя верещать на улице, нельзя, нельзя, нельзя... Нам так удобно. И представьте теперь, что взрослый берет и делает то самое «нельзя». Конечно же, это возмутительно! Так что мне пришлось быстро найтись:

— А я это над раковиной делаю! И кругом все чисто.

В следующий момент сообразительный сынишка тащил стул со словами:

— Я тоже так хочу! Все будет чисто!

Он проворно добрался до кружки с гущей — мир в семье был восстановлен.

История четвёртая: эпиляция

Наверное, женщинам, растящим дочерей, приходится несколько проще. Девочки интуитивно понимают и принимают необходимость разных «женских штучек» вроде ленточек для волос, брошей, бигуди и т. п. С мальчиками труднее. Эти вещи способны ввергнуть их в глубокое замешательство. Мой трехлетний сынишка никак не может понять, почему носить бусы — привилегия женщин: «Бусы же красивые, и, значит, все становятся нарядные — как елочка». То, что дети имеют обыкновение оказываться в самом неподходящем месте в самое неподходящее время, видимо, тоже предусмотрено матушкой природой. Иначе они знали бы гораздо меньше, а так мы, взрослые, просто вынуждены им некоторые вещи объяснять.

Мою подругу, забывшую запереть ванную, четырехлетний сынишка «застукал» с эпилятором. До предела округлив глаза, будущий мужчина тут же потребовал у своей мамочки объяснить, что это за штуковина и для чего она предназначена. На определенном этапе взросления (приблизительно от 2 до 5 лет) дети испытывают весьма противоречивые эмоции относительно электроприборов: одних они привлекают, у других вызывают ужас. Второе случается гораздо чаще.

Подруга мне рассказывала, что испытала шок, но потом быстро нашлась и, руководствуясь утверждением, что детям лучше говорить «правду, и только правду», выдала:

— Это машинка делает ножки твоей мамы гладкими и красивыми. Тебе ведь нравится, когда твоя мама красивая?

Для пущей убедительности она дала сыну провести по «необработанной» ноге рукой, а затем по «обработанной».

— Мама, ты и так красивая. Может, лучше не надо? — спросило с сомнением в голосе чадо, недоверчиво косясь на электроприбор. — А дяди тоже так делают?

Подруга поспешила заверить сына, что ему такая процедура в этой жизни не грозит, это, мол, исключительно женский аттракцион. Ребенок получил пищу для размышлений. Думаю, он не станет настаивать на равенстве полов.

...Я не перестаю удивляться своему ребенку, а он не перестает меня удивлять. Когда серо на улице, на работе скандал, нужная маршрутка подошла только через сорок минут, мне хочется только одного — прийти домой, где семья обсуждает очередную выходку моего сына. Первый нарисованный мамонт — это событие, даже если он никогда не будет признан мировым шедевром. Это наша маленькая жизнь. И она прекрасна.