ПУТЕШЕСТВЕННИКИ: Ирис и Патрик Ван де Куверинг
Ирис, москвичка с армянскими корнями, познакомилась с голландцем Патриком в круговерти столичных вечеринок. Патрик тогда был очарован жизнью московской богемы, Ирис красила волосы в дикие цвета и интересовалась дизайном. Она была вполне характерным для нашей арт-тусовки элементом, а его поведение выпадало из привычного уклада голландской жизни. Конечно, Патрик остался в Москве. Конечно, он родил с Ирис ребенка после шести лет совместной жизни, полной друзей и путешествий. Они успели пожить в Москве, в Майами, на Бали, теперь живут в Братиславе – Патрик работает на ООН, занимается образовательными программами, поэтому место проживания пары целиком зависит от служебных надобностей. Они научились переезжать легко и без потерь. Их сыну Луке – годик, он говорит по-голландски, по-русски, немного по-английски и свою словацкую няню учит индонезийскому языку.
Ирис пока сидит дома. В Москве ей это не удавалось, она успела поработать дизайнером и арт-директором. Теперь, после рождения ребенка, накапливает энергию для следующего рывка – кто знает, чем удивит нас молодая мать? Последний приезд пары в Москву показал, что этот город больше не привлекает их. Интересные люди, их друзья, разъехались по миру. Тихая Братислава идеально подходит для легких путешествий по Европе. Впереди у Пэта и Ириски – весь мир. Они легки на подъем и считают себя настоящими профи в деле сбора и упаковки вещей.
ВОЗВРАЩЕНЦЫ: Катя и Максим Кушнир
Катя и Максим покинули Россию давным-давно, с легкой руки родителей, бежавших подальше от перестроечного бардака. Максим жил в Коннектикуте, учился в Бостоне, потом нашел работу на Манхэттене и перебрался поближе к своей судьбе. Они не были знакомы друг с другом, их свел случай, точнее – общие друзья. Круг русских на Манхэттене довольно узок. Он – молодой, подающий надежды финансист. Она – студентка факультета психологии, планирующая изучать юриспруденцию. Все началось с дружбы и очень быстро закончилось совместным проживанием.
И все было бы у них тихо и гладко, если бы не давняя мечта Максима: делать бизнес в Москве. Он побывал здесь десять лет назад, и дикое бурление жизни очаровало его. В Нью-Йорке жизнь упорядочена, все шаги расписаны на жизнь вперед, все ниши заняты, а московское бытие хаотично. «Сейчас в России – уникальное время, которое скоро закончится. Давай воспользуемся им», – сказал он Кате, и та поверила ему.
«Максиму было легче: он сразу нырнул в работу, попал в привычную корпоративную атмосферу, а я первые полгода не понимала, где нахожусь и что здесь происходит». Для начала Катя решила заняться собой и отправилась на поиски йога-клуба. В Москве это оказалось проблемой: хорошо обученные тренеры не умели общаться с людьми, а сами центры оказались неуютными. Город подавал Кате знак, и она приняла его на лету. Она просто обязана сделать студию йоги в нью-йоркском духе! Так родилось общее дело семьи Кушниров. Максим просчитал бизнес-программу, Катя нашла большую светлую квартиру в старом доме, доброжелательных и грамотных учителей. Их любовь стала семьей, а семья превратилась в правильное дело.
СОТРУДНИКИ: Наташа Спирина и Азамат Цебоев
Наташа была первым сотрудником, которого Азамат принял на работу в свое рекламное агентство. «С тех пор бизнес несколько раз поменял профиль, а мы с Наташей так и работаем вместе, – рассказывает Азамат, издатель и главный редактор журнала Menu Magazine. – Как часто бывает в кино, довольно быстро деловые отношения переросли в личные. Этому есть и экономические предпосылки – все в семью». Их отношениям 14 лет, браку – около двух. Мысль пожениться пришла незадолго до рождения третьего ребенка.
Наташа называет себя фанатом многодетности и любит поговорить на эту тему, хотя до тридцати слышать о продолжении рода не желала. Дочке Мии шесть лет, Давиду три с половиной года, Лео полтора. «У всех разные характеры, никаких копий и подделок», – говорит мать. «Мы старомодны. Мужчина в семье главный, он готовит и много занимается с детьми». А Наташа работает: «Муж сказал мне до рождения первого ребенка: отдыха два дня до, два дня после! Но у меня уже двенадцать дней отгулов накопилось. Как ни странно, именно после рождения детей работоспособность вырастает, и все успеваешь!»
Если бы не организованный и выдержанный Азамат, не узнала бы Наташа о том, что на деловые встречи надо приходить пораньше, а конфликтные ситуации в семье можно решать без битья тарелок и криков «сам дурак». Она научилась высказывать претензии тихим ровным тоном. Азамат называет среди ее важнейших качеств редкую вменяемость в бизнесе, самоотверженность, целеустремленность, способность доводить идеи до практического воплощения. Уточняет: «Мои идеи». Чтобы мы понимали: семья Наташи и Азамата работает как идеальная бизнес-модель.
Тысячи одиноких мужчин и женщин бродят по улицам больших городов. Они привычно смотрят в пол – чтобы не споткнуться и не поскользнуться. Вид ровного серого асфальта навевает им мечты о прекрасном. Якобы идут они ранним солнечным днем на работу, чисто выбритые или хорошо одетые, и вдруг на перекрестке встречают его или ее. С первого взгляда все понимают, берутся за руки, чтобы не расцепляться больше никогда.
Серый асфальт для одиноких горожан как белая простыня экрана в кинотеатре. На него можно проецировать игры ума, но реальная жизнь от этого не изменится. Люди не торопятся встречаться, а встретившись, не спешат взяться за руки. Потому что каждому из них лучше поодиночке: никто не мешает смотреть телек допоздна, разбрасывать грязные вещи или, наоборот, крахмалить до хруста и складывать их аккуратными столбиками.
Одинокие готовы пожертвовать сексом ради неприкосновенности своей территории. Желание вручить себя мифическому любимому, делить с ним трудности и радости осталось где-то в начале 90-х, в эпохе праздников и вечеринок, когда мир материальных благ казался условностью. А что теперь?
Чтобы на конкретных примерах понять, что ищут и что находят молодые прогрессивные люди в браке сейчас, в начале 2007 года, мы познакомились с тремя семьями, о которых говорят с легкой завистью. Все три пары занимаются делом, живут полной жизнью, не имеют отношения к старым капиталам и нефтяным вышкам, а деньги свои зарабатывают сами – вдвоем.
Одна из наших пар, Катя и Максим Кушнир, – русские американцы, переехавшие в Москву около трех лет назад. Их решение было стихийным: Максим получил предложение («у вас есть два месяца на переезд») и тут же согласился. Москва манила его давно.
«У Максима день рождения 19 марта. Ему исполнялось 27 лет, и я решила устроить ему сюрприз. Зная, что он любит шумные многолюдные вечеринки, я взяла записную книжку и принялась обзванивать людей, которых знала только по именам, по случайным упоминаниям. Удивительно, но они все пришли. В разгар вечера Максим сказал, что у него есть три тоста, и влез на стул. «Кто-то из вас знает, кто-то из вас догадывается, что мы через два месяца начинаем новую жизнь в Москве. Второе: я тронут, что все вы пришли, спасибо Кате. Третье…» Максим слезает со стула и просит моей руки. Большего шока я никогда не испытывала. Я даже не думала об этом, но знала о спонтанности Максима. Позже он скажет мне, что за пять минут до речи даже не подозревал о том, что так сделает».
Вот так, нарочито по-русски, на авось, эта молодая пара оказалась в Москве – и в сфере нашего внимания. Скажем честно, мы не узнали бы о них, если бы в голову Кате не пришло заняться студией йоги. «Я сразу поняла, что корпоративная работа мне не подходит, – говорит Катя. – Скорее всего, я согласилась бы на это в Нью-Йорке, но попав в столь уникальное место и время, решила попробовать что-то свое. На Манхэттене все давно решено за тебя, ты можешь вести комфортную жизнь, а здесь – масса проблем. Но для собственного удовлетворения ты можешь создать в этом городе нечто, чего в нем не было, что помогает людям, приносит здоровье».
Катя настроена радужно: и в плане бизнеса, и в плане семьи. «Мы с Максимом по отдельности способны на многое – в карьере, в личном росте. Но когда мы вместе, кажется, что возможно все. Когда наши энергии сливаются, все работает в два раза быстрее, желаний больше, сил больше. Эта студия для меня – как пример совместной работы. Каждый из нас привнес то, что знает. Есть вещи, в которых я малоопытна: в высчитывании финансовых моделей. Есть вещи, которые я делаю лучше: дизайн, подбор людей».
Она обводит глазами светлые комнаты студии. «Когда что-то пробуешь делать вместе, даже если это что-то не получается, нет ощущения проигрыша. Есть мы, а есть все остальное».
«Наверное, мои слова прозвучат немного по-старчески, ну и ладно: важно оберегать друг друга. Если этого не делать, легко заблудиться и потеряться. Провалиться вниз, а там внизу – пустота. В семье все сводится к простым человеческим отношениям. Из заботы рождается семейная любовь. Пойти на тусовку, в гости – прекрасно, поехать в какое-нибудь место красивое – еще лучше. Если в отношениях между супругами все нормально, то и все остальное будет казаться хорошим. Если бежать наперегонки, ничем хорошим не закончится». Вот так, отрывисто и искренне, с нотками Наташи Ростовой в голосе, рассказывает о своих семейных идеалах девушка 25 лет, еще не прошедшая испытание детьми. Звучит слегка восторженно, но хорошее начало может стать залогом увлекательного продолжения. Молодые люди чувствуют себя вдвоем более продуктивными – и в этом мы усматриваем черту нового семейного типа. Семья не как отказ от порывов юности, не как скучное упокоение в кресле у камина, а как новый сдвоенный рывок в неизвестные дали.
Интересно. Посмотрим, что происходит у нашей другой пары. Дизайнер глянцевых журналов Ирис, до всего дошедшая своими дерзаниями и талантом, и нестандартный по голландским меркам человек, путешественник Патрик.
«Он был совершенным пришельцем, – рассказывает Ирис. – Во-первых, иностранец, с абсолютно другой философией, другим воспитанием. Во-вторых, когда мы только познакомились, он еще больше путешествовал, чем сейчас, занимаясь международными отношениями одного московского университета. Объездил шестьдесят стран. Не сразу, постепенно он прижился в Москве, и мы стали жить вместе... Удивительно, но якобы либеральные голландцы на самом деле жутко консервативны. Они из старой Европы, где все стоят в очереди за карьерой. Так что Патрик в семье считался чуть ли не белой вороной, родители были в шоке от его бесконечных путешествий – и от меня поначалу. Сперва от того, что русская, потом от того, что даже и не русская…» Ирис заразительно смеется. Ее обаяние трудно не полюбить. Довольно быстро голландские родственники привыкли к ней, а уж когда родился Лука, приняли Ирис окончательно. Внук сблизил дедушек и бабушек, и теперь они путешествуют вслед за своими неугомонными детьми по всему миру. С превеликим удовольствием, разумеется.
«Когда познакомились, мы были такие разные. Я – жутко андеграундная девушка. Работала в глянце, и ни дня не сидела без хорошей компании и веселой вечеринки. Думаю, его во мне привлекло то, что со мной не скучно, во мне есть креативность. Не только в работе – в быту, в общении. Подруга мне как-то раз сказала: «Ты, Ирис, считаешь, что можешь всем всю жизнь придумать». Это смешно, я действительно все время что-то изобретаю. И Пэту это дает мегаподдержку». Кипучая энергия жены и опыт долгих странствий мужа в сумме дают сплоченный союз. Когда разговор заходит о семейном единстве, Ирис почти слово в слово повторяет мысли Кати Кушнир: «Непонятно, зачем людям жить вместе, если они заодно не прогрессируют личностно. Брак – это что-то дающее рост. Мне комфортно в этом состоянии. Сейчас мы живем в провинции, где у нас нет такого количества друзей, как, например, было в Бали. Мы наконец начали проводить все вечера вместе, мы рады обществу друг друга, у нас появилось время заглянуть внутрь себя. И мы смотрим внутрь нашей пары, а не по сторонам. Мы концентрируем энергию, чтобы сделать рывок. У каждого из нас есть свои планы, мы можем обсуждать их, хотя Пэт работает здесь на United Nations, а я нет. Я думаю о будущем и понимаю, что больше не готова трудиться в корпорациях – ни в Москве, ни в Нью-Йорке».
На этом месте стоит сделать паузу, чтобы отметить тенденцию: молодые жены не хотят маршировать в устроенных кем-то бизнес-системах, в то время как их мужья создают прочный материальный фон семье, получая гарантированные деньги от «большого брата». Женщины более мобильны, более организованны, и, конечно же, они большие мечтательницы. Женщины хотят создавать свои отдельные миры. Век, и два, и три назад жена имела возможность руководить большим домом и его, как это сейчас называется, приусадебным хозяйством. Теперь в нашей жизни нет ни кур, ни уток, ни толпы ленивых слуг, ни анфилады больших комнат, требующих утепления и уборки. Жизнь в маленьких квартирах делает нашу внутреннюю жизнь более интенсивной – нам хочется вырваться наружу и абсолютно все там переделать. Ей-богу, это так по-женски.
В нашей третьей семье прекрасная половина реализована по полной программе. Она родила троих детей и имеет общий бизнес с мужем. Семейные дела Наташи Спириной и Азамата Цебоева напрямую связаны с Menu Magazine – оба супруга являются его издателями. Их союзу почти четырнадцать лет, что позволяет им сказать: «Минимум эмоций, максимум терпения и труда необходимы семье, чтобы выжить». Наташа начинала совместную жизнь с Азаматом в те времена, когда популярной темой был выгодный брак. Теперь она уверена, что только взаимное притяжение может стать основой союза. И уважение. «Интеллект. Харизма. Чувство юмора. Оригинальность во всем», – перечисляет она качества мужа. И он отвечает ей в тон: «Умение вить гнездо. Преданность общим идеалам. Женственность. Самоотверженность». По тому, как супруги говорят друг о друге, можно сделать вывод: эта семья новой формации удивительно похожа на старую дворянскую, где супруг супругу величает на «вы» и по имени-отчеству – не потому, что так положено, а потому что чтит. «Я не очень понимаю про новую формацию, – говорит Азамат. – Не семья как таковая изменилась, а внешние условия, среда обитания и скорость обмена информацией. Современные люди, складывающиеся в семью, должны соответствовать друг другу. Иначе они рискуют потеряться».
Получается, все одинокие – потерянные, а все женатые – найденные. Действительно, человек, удачно женатый, чувствует себя уютно. Прочие же ощущают себя одинокими путниками, персонажами компьютерной игры, где все время надо прыгать, чтобы не провалиться на нижний уровень. Семейные живут, одинокие борются с жизнью. Это видно даже по результатам анализов крови.
«Семья не может быть неактуальной, – говорит Азамат. – Это способ выживать в современном мире. Не только в смысле финансов, но и в смысле сохранения душевного здоровья. Посмотрите, даже гомосексуалисты бьются за право образовывать семейные союзы. Человеку всегда будет нужно к кому-то прислониться. Важно иметь рядом человека, которому можно всегда доверять. С которым можно помолчать вместе». «Про неактуальность семьи, как правило, говорят либо те, кому не очень с этим повезло, либо упертые теоретики, которые обязаны что-то говорить в тему. Принцип существования семьей зашит в ДНК человека».
Вот такая у нас получилась картина. В мире, где снимаются сериалы про модных молодых женщин, которым никто не нужен; где поступившие в продажу 15 января билеты в раздельные купе мигом раскупают мужчины (чтобы хоть в поезде спокойно провести время без теток); где статистика разводов в течение трех лет после заключения брака реально пугает… Именно в этом мире живут пары, презревшие тенденции общества. Они соединили свои судьбы не потому, что так завещали мама с папой, а потому, что очень хочется слышать шаги любимого человека в соседней комнате. Находить на столе под завалами ваших личных бумаг черновики его расчетов или деловых писем. Потому что хочется готовить, как минимум, на двоих. И снова приходят на ум слова Ирис: «Создание своей жизни, своей семьи – это еще и работа. Для начала – работа мысли. Ты рисуешь себе образ: все, что ты хочешь от семьи. Визуализируешь его и направляешь в космос, на осуществление. Лично я иначе не могу».
